Итоги выборов в Алжире: власть сохраняет контроль при исторически низкой явке

По предварительным оценкам алжирских СМИ, на прошедших 2 июля парламентских выборах места между партиями распределились следующим образом:

• Фронт национального освобождения (FLN): 84 места (-14);

• Национально-демократическое объединение (RND): 70-77 мест (+12-19);

• Независимые кандидаты: 50-65 мест (-19-34);

• Фронт будущего (FM): до 56 мест (+8);

• Движение общества за мир (MSP): до 44 мест (-21);

• Движение "Эль-Бина" (MEB): до 28 мест (-11);

• Фронт социалистических сил (FFS): 15-22 места (+15-22);

• Голос народа (PVP): 13-15 мест (+10-12);

Также от 2 до 4 мест получают малые партии ("Объединение за культуру и демократию" (RCD), "Фронт справедливости и развития" (FJD), Партия трудящихся (PT), "Новое поколение" (Jil Jadid), "Ан-Нахда" (Ennahda), Партия национального единства и развития (PUND)), незначительно улучшив свои прошлые результаты.

Официально явка на выборах составила всего 20,44% — на 2,55 п.п. меньше, чем на парламентских выборах в 2021 году, что стало абсолютным антирекордом за всю историю выборов в Алжире с 1962 года. Среди алжирцев за рубежом явка оказалась почти в 2 раза меньше, чем в среднем по стране — всего 10,67%.

Ключевые тенденции

• Реконфигурация пропрезидентского блока: несмотря на сокращение фракции, FLN остается крупнейшей политической силой, в то время как свои позиции заметно улучшили "новые" пропрезидентские партии — RND и FM.

• Ослабление исламистов и независимых кандидатов: MSP и MEB, равно как и самовыдвиженцы, демонстрируют серьезное снижение поддержки избирателей.

• Возвращение системной оппозиции: FFS, бойкотировавший прошлую кампанию, возвращается сразу с 15-22 местами.

• Усиление малых партий: ограниченное, но заметное представительство в обновленном парламенте получают сразу шесть небольших объединений.

Прошедшие выборы демонстрируют стабильность политической архитектуры Алжира. Внутри управляемого партийного поля произошла точечная перегруппировка лоялистских сил, однако главным вызовом для системы остается рекордно низкая явка — хроническая проблема, которую власти безуспешно пытаются решить уже четверть века.